Томская НЕДЕЛЯ
26 ЛЕТ НА ЗАЩИТЕ ВАШИХ ИНТЕРЕСОВ
Томск, Россия

Четвертая жена

   0

История одной женщины

Когда мне было девятнадцать, после окончания педучилища работала я по распределению в одном из детсадов Кемерова. Общежития мне не дали, я нашла квартиру, точнее — комнату за занавеской, за десять рублей в месяц, и, перетащив туда свои пожитки, сидела, пригорюнившись, чувствуя, что жизнь зашла в тупик. Заметив, что я тихонько плачу, хозяйка жилья, Валентина Ивановна, присела рядом и сказала: «Знаешь, я ведь тоже когда-то так же снимала комнату в чужом городе и даже в чужом по сути дела краю…». И дальше она рассказала удивительную историю своего второго замужества, которую теперь я рассказываю вам…

«И там, в краю далеком…»

Мужа моего, инженера с высшим образованием, строившего в числе многих энтузиастов метро в Москве, забрали в тридцать девятом году. Я была на девятом месяце беременности. Поскольку забирали и увозили по ночам многих, мы с ним просто договорились, что если, не дай Бог, такое случится до выяснения его невиновности, мне лучше на всякий случай сразу уехать в Киргизию, где работал его старший брат.

Когда энкавэдэшники увели мужа, я тут же собрала свои вещи, что-то подарила соседке, что-то отдала на хранение знакомым, и уже утром села в поезд до Бишкека (город Фрунзе). Бишкек был тогда провинцией. Не сразу я нашла там дом мужниных родственников, а когда нашла, пожалела о потраченных силах и времени. Жена брата в дом не пустила, сказала, что ее мужа забрали еще раньше моего, ей самой надо как-то продержаться…

Я вернулась на грязный пыльный вокзал, села на какой-то камень и смотрела перед собой, ничего не видя. Я была в полном тупике. Мимо меня несколько раз прошла женщина-киргизка с метлой, которая время от времени что-то подметала возле вокзала. Потом она подошла ко мне и тронула за плечо.

— Надо жилье?

— Надо, — кивнула я, — а сколько стоит?

Оказалось, недорого, тех крох, что у меня остались от покупки билета, хватило. И я пошла за ней. Мне выделили отдельную мазанку, в которой вместо двери висела занавеска, впрочем, там почти везде были занавески вместо дверей, и я осталась там жить.

Там же, в мазанке, через месяц я родила свою дочку. К этому времени я уже распродала почти все оставшиеся от бабушки и мамы колечки и сережки, жить было не на что, за квартиру платить нечем.

Хозяином дома и мужем женщины, подобравшей меня на вокзале, оказался пожилой киргиз. Семейство было многочисленное, и сначала я не могла разобрать, кто кому и кем приходится. Позже мне объяснили, что у хозяина в подворье проживали три его жены с детьми (у каждой по три-четыре ребенка), да еще семьи его двух старших сыновей. Сами сыновья были где-то на заработках, а их жены и дети оставались в дедовом доме.

Нежданный кавалер

Женщины помогали мне после родов, а потом, когда я призналась, что платить за жилье больше не могу, пристроили меня там, где и сами работали, — в просторном сарае с низким потолком стояли два станка с натянутыми толстыми веревками основы. Ловко орудуя какими-то инструментами, они ткали коврики. Они предложили мне сначала просто подавать толстые шерстяные нити разных цветов, а уж потом постепенно научили и ткать. И хотя до их расторопности мне было далеко, все-таки ткать коврики я постепенно научилась, женщины все подхваливали меня и помогали управляться с дочкой. Так мы и жили все вместе. Киргизы делились со мной лепешками и козьим молоком, я осваивала язык и рассказывала им истории из книг.

Вместе встретили войну, многих мужчин тогда забрали, но, к счастью, Уульбек, хозяин нашего подворья, по возрасту уже не подходил, и его оставили в покое.

Как-то в углу сарая, где мы работали, обнаружила я швейную машинку. Ее оставила тоже русская женщина, когда вернулась в Россию. Я отчистила этого старенького «зингера» и начала на нем шить, поскольку за последние три года сильно обносилась. Женщины, подивившись на мои таланты, тоже начали приходить с просьбами и заказами. Так что стала я в этом многочисленном семействе очень уважаемым человеком. Благодарные женщины-киргизки приносили в обмен за мою работу кто яйца, кто арбуз, кто козий сыр…

Так бы я и жила себе тихо-мирно. Но не оставляла мысль о муже. Мне все казалось, что он уже освободился и, может быть, ищет меня. Наивные мы были, не знали тогда о масштабах репрессий. Несколько раз ходила я с заявлениями в местный НКВД, и тем самым обратила на себя ненужное внимание. Когда пришла в очередной раз, энкавэдэшник, тоже русский, заявил, что муж мой оказался врагом, ему дали срок в десять лет без права переписки, а если я буду и дальше добиваться правды, то последую за ним.

Фиктивное замужество

Но это была еще не вся беда. Через несколько дней вечером этот представитель органов под вечер заявился в наше подворье, зашел в мою мазанку и сходу начал лезть ко мне с приставаниями. Я закричала от отвращения, выскочила во двор в разорванном платье и наткнулась на самого Уульбека (а он был человеком уважаемым в нашем околотке — аксакал!). Сразу сообразив, что происходит, хозяин схватил за шиворот нежданного кавалера и выволок его со двора.

Тот что-то лепетал, что засадит Уульбека за покрывательство врагов народа, на что хозяин ответил, что эта русская — его четвертая жена и ее ребенок родился в его доме, значит тоже его. (Моя русоголовая голубоглазая доченька была копией мужа). А еще раз придет сюда, так Уульбек сам на него пожалуется кому надо за приставания к его жене.

Вот так я и стала четвертой женой. Гораздо позже я разобралась с этими родственными хитросплетениями. Оказывается, и другие жены Уульбека, за исключением самой первой, Фариды, которая меня подобрала на вокзале, в нашем понимании женами ему не были. Вторая жена осталась вдовой после гибели его младшего брата, и по их законам автоматически становилась ему женой, а дети становились его детьми. А третья жена на самом деле была двоюродной сестрой и тоже осталась одна с детьми.

Обычай поддерживать жен и близких родственниц и их детей помогал спасти свой род от голода и вырастить детей. На самом деле никакого сексуального подтекста в таком браке не было. А местные власти смотрели на это «многоженство» сквозь пальцы, чтобы не будоражить местное население.

Я так и осталась в Киргизии, уже после войны, в конце сороковых, когда я по заказу сшила парадное платье жене директора местной школы, директор позвал меня в школу преподавать уроки кройки и шитья для девочек. Так я и учила девчонок шить до самой пенсии.

В конце пятидесятых разыскала меня по переписке через адресные столы моя сестра. Она еще до войны уехала с мужем в Томск, да там и осталась. Сестра потом, когда овдовела, приезжала ко мне в гости, в отпуск. Она была бездетной и очень привязалась к моей дочке, уговорила ее поступать в Томский университет.

Сама я получила от школы отдельное жилье — небольшую комнату при школе. Я часто навещала своих спасителей — Фариду и Уульбека, помнила их дни рождения и праздники, старалась что-нибудь для них сшить, чтобы порадовать. Я бы так и жила в Киргизии, но позвала к себе состарившаяся сестра, которой было одиноко, да и дочь, которая вышла замуж в Томске и ждала ребенка, тоже уговаривала приехать.

Оформив пенсию, собралась я переезжать. Фариды и Уульбека уже не было в живых. Я пришла проститься с их дружным многочисленным семейством, которое стало мне родным. Подарила всем женщинам (моим названным родственницам — жене № 2 и жене № 3 и их уже взрослым дочерям) красивые расписные фартуки собственного изготовления. Прощались мы со слезами, потом долго переписывались.

И знаешь, что я поняла в жизни? Национальности, статусы, общественное положение — все это чепуха, наносное это, ненастоящее. Есть люди, и пока вокруг тебя есть люди, ты никогда не будешь в тупике. При самой безысходной ситуации оглянись вокруг — всегда увидишь глаза людей добрых, готовых помочь, только и сама будь благодарна и помогай.

Юлия Струкова

Читайте также на сайте:

  1. По-соседски
  2. ВГИКу-95!
  3. Травмоопасное время года
  4. Не допустим майдана в Томске!
  5. Последний побег
  6. Переходный период
  7. Билеты по интернету
  8. Вопрос по пенсиям
  9. «Эх, путь-дорожка фронтовая…»
  10. Не навреди

Опубликуйте свой комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован. Обязательные поля отмечены звездочкой *

Яндекс.Метрика

Контакты

Email: red@tomskw.ru

Телефон: +7 (3822) 78-42-93

Отдел рекламы

Email: rec@tomskw.ru

Телефон: +7 (3822) 78-42-91