Томская НЕДЕЛЯ
26 ЛЕТ НА ЗАЩИТЕ ВАШИХ ИНТЕРЕСОВ
Томск, Россия

Непридуманные деревенские истории

   0

Незабываемые послевоенные детские и юношеские годы: беднота, разруха, но жили дружно и сплоченно

В послевоенные годы там, где проходили боевые военные действия, стояла разруха, беднота, нужно было все восстанавливать. Но при этом жили люди дружно, с большим энтузиазмом, все перенесенные страдания и горе забывались в повседневных делах и работе. Конечно, горе, принесенное Великой Отечественной войной, забыть было трудно, особенно тем семьям, где были погибшие родственники. Мое детство и юность тоже пришлись на эти годы, и на войне погиб наш папа, воспоминания о нем и о перенесенном горе я и моя семья пронесли в сердце через всю жизнь. Но как бы ни было трудно, все равно собирались, в праздники веселились, с радостным настроением играли свадьбы, растили детей. Поэтому наше послевоенное детство я и сегодня вспоминаю с улыбкой, теплотой, нежностью и любовью. И хотел бы поделиться с читателями непридуманными деревенскими историями из своего послевоенного детства.

Курский соловей

Хорошо помню все стежки-дорожки, где проходили мои ножки по окрестностям нашего села. А проживали мы в селе Луневка Курской области. Селом называется в тех местах тот населенный пункт, где есть церковь, а деревней — тот, где церкви не было. Село Луневку от деревень Гридасово и Танеевка разделяла балка меньше километра. Деревни стояли на возвышенности, а внизу протекала небольшая речушка — безымянка, где мы с мальчишками рыбачили. В ней водились щуки и пескари. Речушка была мелкой, через нее можно было пройтись, не намочив колени, но омута были поглубже. Там мы купались, наслаждались жизнью, радовались, играли, бесились. С обоих сторон речушки росли кустарники, ивы.

В мае, когда все покроется листвой, вечером жара спадет, смеркается, и начинаются трели соловьев. У курского соловья много разных голосов, больше, чем в других регионах страны. Этот факт даже подтвержден учеными. И даже в свое время была выпущена пластинка на «Мелодии», которая так и называлась «Курский соловей», на ней были записаны трели соловья. Есть и поезд «Курск-Москва», который так и называется «Курский соловей». Если где-то в другом регионе узнавали, что ты из Курска, то нередко говорили: «А, ты — курский соловей». В Курской области соловей в мае очень активен на песни вечером, ночью тоже поет, но реже. Но как только появляются птенцы, соловей прекращает петь — некогда, забот у него становится много, нужно детишек кормить и растить. С наступлением холодов соловьи улетают в теплые края, а весной снова появляются у нас.

В те годы народ в сельской местности в основном трудился на земле. Труд был ручной, тяжелый, к тому же в каждом хозяйстве были домашний скот и птица. Работали днем и ночью. По ночам при луне копали огород. У тех, кто во время коллективизации вступил в колхоз, у них было 50 соток земли. Если вступил в брак, тебе нарежут 25 соток земли.

И вот после трудового дня и дел по хозяйству народ выходил на улицу. Соберутся перед домом втроем-вчетвером, сядут на молодую майскую травку и как запоют протяжные песни, что слышно в соседней деревне Танеевке. Девушки и женщины так красиво пели — голоса у всех звонкие, громкие. Сейчас таких песен не услышишь.

В деревнях в то время электричества и радио не было, за водой ходили к речушке, рядом выкопали колодцы. Воду носили в гору на коромысле, стирали, готовили еду, гнали самогон только женщины. Мужчинам считалось за позор этим заниматься. Сейчас в деревне есть и электричество, и радио, и телевидение, и Интернет, проведен газ, водопровод. Даже дорогу заасфальтировали, а жить некому — все разъехались из-за недальновидной политики руководства страны. Хрущев начал с укрупнения колхозов, ликвидации личных подсобных хозяйств, и ни к чему хорошему это не привело.

Деревенские Тарзаны и Фантомасы

Я прожил в деревне Луневка 19 лет, до того времени, как призвали в армию. При советской власти в Курской области большие площади сельскохозяйственных земель отдавали под сахарную свеклу, работало около 20 сахарных заводов, а сейчас их осталось два-три. В деревнях люди из свеклы гнали самогон для угощения. Из самогонного бочка после перегона самогона выбирали оставшуюся вареную свеклу и кормили ею домашний скот и птицу. Корова наестся пьяной свеклы и идет шатается, свинья лежит в луже хрюкает, куры вовсе сразу пьянеют, падают, как подкошенные, а петух наоборот орет во все горло так, что аж в другой деревне Танеевке слышно. Вот так и проходила наша тяжелая послевоенная жизнь — и трудно, и смешно.

В лесах близ деревни мы, школьники, собирали яблоки и груши для государства, складывали их в бурты. Сами почти не ели фруктов, только те, что сильно поспели, переспели. Отапливались дома только ветками и соломой. В послевоенное время мы, детвора, смотрели кино в сельском клубе, тогда был популярен фильм «Тарзан». Каждый из нас хотел быть немножко «тарзаном». В лесу был глубокий овраг, а по краям оврага росли высокие вековые дубы. Мы высоко взбирались на дуб, привязывали веревку к суку, держались за веревку и прыгали с дуба, качаясь над глубоким оврагом, аж дух захватывало. Хорошо, что все обходилось без происшествий.

Но у нас в Луневке был наш сверстник Коля Хросин, вот он стал «тарзаном» с другими целями. Он ленился собирать хворост. Старушки пойдут в лес собирать хворост для топлива, Коля видит, что женщины набрали веток и начинают охапку связывать веревкой, он тогда издает громкий крик, как Тарзан: «У..а, у..а!». От испуга пожилые женщины бросают хворост, и со страху бегут из леса. А Коля подбирает хворост и спокойно идет с ним домой, как ни в чем не бывало. По селу пошел слух, что в лесу поселилось какая-то страшное существо. Какая-то нечистая сила. Около леса на полях скирдовали солому и вдруг мужики услышали крики «У…а!, у…а!». Мужчины с шумом бросились на крик в лес и поймали 14-летнего «тарзана» Колю. С Колей взрослые строго поговорили, отругали, с тех пор «нечистая сила» из лесу исчезла.

А другие мальчишки, Витька Антонов и Иван Пушилин, насмотревшись фильма «Фантомас», как-то взяли мешки, прорезали дырки для глаз и забрались в сад, стали забираться на яблоню и упали на землю, где лежали две тети. В общем, ребятам тоже досталось, крапивой их хорошенько отхлестали.

Подростковые шалости

Как-то раз мы, детвора, услышали в разговоре наших мам о тете Тане из деревни Танеевка, которая встает рано утром и уже в 6 часов топит печь. «И когда она только спит?», — сказала кто-то из женщин. И вот кому-то из ребят пришла в голову идея «отучить тетя Таню рано утром вставать и топить печь». После вечернего сеанса кино в сельском клубе мы пошли в соседнюю Танеевку и решили трубу печную закрыть. В сарае из крыши вытащили сноп соломы, нашли тряпку, с помощью лестницы забрались на крышу и сноп соломы воткнули в трубу. Тетя Таня несколько раз пыталась ночью и утром растопить печь, зажечь дрова — бесполезно. Один раз сделала попытку, второй, третий — никак не получается, дым идет не в трубу, а в избу. Вся хата в дыму. Вышла во двор, посмотрела на крышу, а там из трубы сноп соломы торчит. Взобралась на крышу, и вытащила его.

В то утро на работу она опоздала, пришла в колхоз и пожаловалась участковому милиционеру. Участковый походил по Луневке, поспрашивал, ему-то сказали, что луневские ребята к тете Тане на крышу лазали. Ох, мы перепугались, вечером несколько дней подряд из дома не выходили, потому что раньше милицию все боялись — и дети, и взрослые. В тот раз обошлось.

Был и еще один нехороший случай нашей подростковой юности, о котором не совсем приятно вспоминать. Решили мы как-то в августе с ребятами после вечернего кино сходить на бахчевое поле, покушать арбузов, потому что никто из нас в жизни не пробовал на вкус и не знал, что это за ягода такая. Взяли мешки и пошли. Набрали несколько штук арбузов, вернулись обратно, сели у копны соломы и решили покушать. Сидим, разбиваем арбузы, пробуем — если невкусный, то разбиваем другой. Наевшись, снова пошли на бахчевое поле, чтобы домой взять несколько штук. Ползем по земле, и тут Коля Манекин громко чихнул несколько раз, собака залаяла, и сторож, охранявший бахчевое поле, несколько раз закричал. Выстрелил он несколько раз из ружья, мы побежали врассыпную в сторону оврага, затем по полю и по домам. Дома родители спали и не слышали, когда мы пришли. К обеду в деревне уже всюду шел разговор, что ребятня ходила на бахчевое поле, колхозную бахчу есть. Приехал участковый милиции, начал расспрашивать что да как. Ух, мы перепугались! Из дома по вечерам на улицу не выходил.

Когда мы уже выросли, отслужили в армии, пошли работать, то при встречах в Луневке вспоминали порой наши детские и подростковые шалости, необдуманные действия и сами себя осуждали. Но и нас можно понять и простить: мы росли без отцов, которые погибли на фронте, детства не знали, с ранних лет шли работать. Да и такие эпизоды, честно говоря, были единичными случаями. Мы слушались матерей, взрослых. Все выросли хорошими людьми, отдали долг Родине. Многие мои сверстники уже ушли из жизни, но память о детских годах остается на всю жизнь. Главное — наши ребята не опозорили честь своих отцов. Конечно, нужно стараться ни в юности, ни в молодости не допускать плохих поступков. Недаром говорится: «Береги платье снову, а честь смолоду».

Иван БЫЧИХИН,

ветеран МВД, инвалид,

член общественной организации «Дети войны»

Читайте также на сайте:

  1. Васисуалий, ты бессмертен!
  2. Душечка
  3. Время собирать камни
  4. Старшая сестра
  5. Дети солнца
  6. Ушел и не вернулся
  7. Пустите Любку в Европу
  8. «Какая же я была дура!»
  9. Про учительницу и телефон
  10. Кеша-коногон

Опубликуйте свой комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован. Обязательные поля отмечены звездочкой *

Яндекс.Метрика

Контакты

Email: red@tomskw.ru

Телефон: +7 (3822) 78-42-93

Отдел рекламы

Email: rec@tomskw.ru

Телефон: +7 (3822) 78-42-91