Томская НЕДЕЛЯ
25 ЛЕТ НА ЗАЩИТЕ ВАШИХ ИНТЕРЕСОВ
Томск, Россия

“У душманов стоим на пути, Хоть нам нет еще двадцати…”

   0

Продолжаем публикацию очерков, написанных по рассказам непосредственных участников военных действий в Афганистане в 1979–1989 гг.

Сергей Кобзарев родился в 1962 г. в селе Батурино Асиновского района Томской области, через год семья переехала в Кожевниково. Окончив восемь классов в Кожевниковской средней школе, поступил в Томский лесотехникум, после окончания которого 1 апреля 1981 г. был призван в ряды Советской Армии. В Афганистан попал в июле того же года, служил в составе 177 мотострелкового полка в должности старшего оператора зенитно-ракетного комплекса “Стрела-10”, охранявшего советские войска под городом Чарикар. Летом 1983 г. демобилизовался в звании рядового.

Семья и школа

Сергей Алексеевич Кобзарев

Сергей Алексеевич Кобзарев

Родом Кобзаревы из Оренбургской области. Фамилия с украинскими корнями и прежде звучала Кобзарь, потом обрусела. Отец, Алексей Ермолаевич, пробовал поступать на офицерские курсы, но судьба распорядилась иначе: вместо военного стал лесником. Мать, Антонина Степановна, также работала в лесном хозяйстве. В семье Кобзаревых, где росли сыновья Юрий и Сергей, бережно хранились медали и орден Красной Звезды деда по матери Степана Тимофеевича Таушканова, прошедшего Финскую и Великую Отечественную войны. Ходили легенды о храбрости дяди, Михаила Степановича, который пошел на войну добровольцем в 17 лет, воевал на Курской дуге, сгорел в танке в августе 1945 г., подорвавшись на вражеском снаряде. Второй дядя, Иван Степанович, был разведчиком, не раз рисковал жизнью. Вернувшись с войны, он работал в лесничестве в Киреевске.
— Дядя Иван дождался моего возвращения из Афганистана, — вспоминает Сергей Кобзарев. — Побеседовали с ним по-мужски, как воин с воином. Дядя сказал, что он не зря защищал Родину. Я испытываю глубокое уважение к нему и всем фронтовикам, прошедшим горнило Великой Отечественной войны. Это была своего рода эстафета воинского долга, мужества. Вскоре дяди не стало. В детстве Сергей любил играть в войну, вовлекая в “боевые” действия всех пацанов переулка Заозерного, где он проживал. Вырезал для них из теса пистолеты, маузеры, автоматы, гранаты. Делились на два лагеря, играли за огородами. Зимой увлекался дворовым хоккеем: сами выпиливали клюшки, озеро, которое находилось недалеко от дома, расчищали под каток. Однако прежде надо было вдвоем со старшим братом выполнить большой список домашних дел, составленный родителями, начиная от уборки по дому и до стаек с животными. Каждое выполненное задание вычеркивалось. В школе предпочтение отдавал русскому языку и литературе, нравилось срисовывать портреты великих писателей и поэтов. До 7 класса учился без троек. После 8 класса, не задумываясь, пошел в Томский лесотехникум.

Марш-бросок в Таджикистан

— Призывали в 280-ю команду, — рассказывает Сергей Кобзарев. — Говорили: попадем служить либо в Германию, либо в Афганистан. До места назначения ехали неделю: Сибирь, Казахстан, Узбекистан, Туркмения. Прибыли на станцию Тахта-Базар, расположенную почти на границе с Афганистаном. С 8 апреля по 15 июля проходили подготовку в составе разведывательной роты в Туркестанском военном округе. Готовили из нас разведчиков: учили обращаться с оружием, тактике ведения боя, маскировке и общей физической подготовке. Самыми изнурительными были марш-броски. В полном солдатском снаряжении, с максимальной скоростью по песчаным барханам и под палящим туркменским солнцем (40–50 градусов со знаком плюс) нужно было преодолеть расстояние до пункта назначения и обратно. Если кто-то из новобранцев падал от бессилия, его подхватывали товарищи и по очереди тащили под руки. Постоянно хотелось пить, а из крана шла соленая вода. Воду выдавали по фляжке утром и в обед. Солдаты ее выпивали сразу же, а вечером, после отбоя, буквально умирали от жажды, не могли уснуть. Кто-то придумал необычный метод самообмана: перед сном брали камешек в рот и сосали его, выделялась слюна.

Под огнем душманов

Начало службы в Афганистане. Чарикар, сентябрь 1981 г.

Начало службы в Афганистане. Чарикар, сентябрь 1981 г.

— В столицу Афганистана — Кабул летели в грузовых самолетах “Ил-76”, — вспоминает воин-интернационалист. — Казалось, что целую вечность парили над нескончаемыми горными хребтами. Наконец, приземлились на каменистую почву, началось распределение. Сергей Кобзарев оказался в составе мотострелкового полка в должности старшего оператора зенитно-ракетного комплекса “Стрела-10”, охранявшего советские войска под городом Чарикар. Стреляли часто: ночью то и дело подразделения полка освещались специальными ракетами. Утро начиналось канонадой из сорока залпов установки “Град”. Обстреливали полк из крупнокалиберных пулеметов и минометов.
За дорогу в сторону зеленой долины душманы не давали шага ступить: клали наших бойцов кинжальным огнем, ожесточенно держа оборону.
— Наше подразделение совместно с ротой разведки часто выезжало с рассветом на задание, — рассказывает Сергей Кобзарев. — У нас было зенитное орудие “Шилка”, перед которым не могла устоять ни одна стена. Принимали бой, вели перехват вооруженных формирований. В радиусе 50 км отслеживалось передвижение бандформирований. Неоднократно крупные скопления вооруженных боевиков накрывались массированным артиллерийским огнем. В течение первых семи-восьми месяцев наблюдал с биноклем за происходящим в долине. Был на первой линии охраны полка: ров, за ним — невысокая каменная стена. За эту стену никто из “духов” не должен был проникнуть. Если появлялись три и более афганца, сообщали об этом на пульт управления.
Будучи на охране полка, Сергей Кобзарев по собственной инициативе принимал участие в боевых операциях с пулеметом в руках. Хотелось увидеть настоящий бой, понюхать пороха. Случаи были разные, спасало порой чудо, молитвы матери…
— Был печальный эпизод, когда нас обстреляли свои же, — вспоминает он. — Мы дали координаты, а они ошиблись на триста метров. Хорошо, что обошлось без жертв, вовремя перевели огонь.
Однажды во время посещения местного рынка рядового Сергея Кобзарева уберег от плена афганский царандой (милиционер): предупредил об опасности, спас от смерти. Спустя четверть века Сергей напишет об этом в одном из своих стихотворений: “А царандой, помощник нужный, всегда протянет руку дружбы”. Каждый прожитый день в Афганистане считался удачей. В письмах домой, конечно, об этом не писал. Все больше рисовал — горы, ущелья, глиняные мазанки местных жителей. Но сердце матери не обманешь: она писала каждый день. Письма приходили раз в неделю — сразу целая пачка. Ребята по носу надают за каждое письмо — и, пожалуйста, уединяйся и читай. Эхом тех событий станут поэтические строки, посвященные матери:

Ты меня отмолила, родная,
Смерть изгнав из солдатской судьбы.
Пули, мины меня миновали
На афганских дорогах войны
.

Не робей, “шурави”!

Настоящим испытанием для девятнадцатилетнего паренька из Сибири стал первый год службы в Афганистане. В подразделении у Сергея Кобзарева случился приступ аппендицита; его вовремя спасли, доставив на вертолете в санчасть. Через три часа после операции он уже встал на ноги, ухаживал за ранеными. Среди них был майор, у которого не было рук и ног. Он не хотел жить, ни с кем не разговаривал, смотрел в одну точку. Однако молодость брала свое, и в редкие минуты отдыха солдаты шутили, разрисовывали стены санчасти русскими пейзажами, пели под гитару.
— В Кабуле в подразделении была своеобразная самопрезентация, — вспоминает Сергей, — каждый демонстрировал свои таланты. Я тогда впервые взял в руки гитару (сослуживцы дали), ранее играл на баяне, и спел песню Владимира Высоцкого “Ой, Вань, гляди, какие клоуны…”. Ребята все упали со смеху. После этого у меня появилась кличка “Скрипач”: то ли из-за стройности фигуры (при росте 182 см весил менее 70 кг), то ли еще почему, сам не знаю. В Афганистане всегда воодушевляла песня. В строю шагали с песней: я запевал “Марусю”, остальные бойцы подхватывали. Любили слушать в палатке под гитару песню “Ваше благородие, госпожа удача…”. После демобилизации решил во что бы то ни стало научиться играть на гитаре, и вообще захотелось учиться. Первые лет десять очень хотел туда вернуться: снились сослуживцы, те места.
После армии Сергей Кобзарев работал в Кожевниковском лесхозе старшим техником и одновременно учился на вечерних курсах рабочей молодежи. В 1984 г. поступил на очное отделение Красноярского технологического института сразу на два отделения — инженер лесного хозяйства и экономист. С 1991 г. работал в комитете по земельным ресурсам и землеустройству (позже — комитет по земельной реформе). С 1999 г. Сергей Кобзарев возглавляет Кожевниковское отделение Российского союза ветеранов Афганистана. За активное участие в развитии ветеранского движения в Томской области и большой вклад в патриотическое воспитание молодежи награжден орденом РСВА “За заслуги” и медалью “70 лет Томской области”, другими медалями.
Продолжение в следующем номере
(По материалам: Томской региональной организации Российского Союза ветеранов Афганистана и сайта http://maimana-1.ucoz.ru
)

Читайте также на сайте:

  1. Виктор Губин. Кинжалы Прометея в руках томича
  2. Виктор Миронов. Высшая справедливость ч.2
  3. Почерк судьбы: дочь Бродского в Томске
  4. Алла Заостровская. Точное попадание
  5. Виктор Миронов. Высшая справедливость ч.3
  6. Хандорин
  7. Война — это всегда страшно
  8. Виктор Миронов. Высшая справедливость ч.1
  9. Алексей Редчиц. Невозможное возможно
  10. Десантник без парашюта
Рейтинг

Опубликуйте свой комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован. Обязательные поля отмечены звездочкой *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.

Яндекс.Метрика

Контакты

Email: red@tomskw.ru

Телефон: +7 (3822) 78-42-93

Отдел рекламы

Email: rec@tomskw.ru

Телефон: +7 (3822) 78-42-91