Томская НЕДЕЛЯ
25 ЛЕТ НА ЗАЩИТЕ ВАШИХ ИНТЕРЕСОВ
Томск, Россия

Врачебная ошибка

   0

Грудь женская — символ женственности и материнства. Для любой женщины утрата груди — это беда. А если удалена из-за врачебной ошибки — это воспринимается как надругательство

Ей нет еще 30, она — мамочка четырехмесячного карапуза и любимая жена. Но с этой молодой женщиной случилась беда: на третий день после рождения сына ей отняли правую грудь… Оказалось, по ошибке — неправильно был поставлен диагноз.
Мало того, что молодую женщину лишили многих радостей материнства (она не может брать своего ребенка на руки и кормить грудью), эскулапы изуродовали молодое тело, сделали женщину инвалидом. Теперь она вынуждена ходить по инстанциям и доказывать, что произошла врачебная ошибка, что нанесен серьезный вред ее здоровью.

Доверяй, но проверяй!

Врачебная ошибкаМария на свой 29-летний день рождения сделала себе подарок — родила крепкого здорового сыночка весом 3 кг 164 г, ростом 53 см. Но радость молодой матери была омрачена страшным диагнозом, который ей поставили в марте, за месяц до родов. На фоне беременности было выявлено “объемное образование в правой молочной железе с подозрением на злокачественное новообразование (ЗНО)”. Последовали осмотр онколога и биопсия. В гистологическом заключении от 15.03.17 значится диагноз — “фиброаденома молочной железы”. Согласно медицинскому справочнику, это — доброкачественное образование, которое чаще всего возникает у достаточно молодых женщин (до 30 лет) из-за гормональных колебаний в организме. Мария была на последнем месяце беременности, поэтому такие изменения в ее организме были закономерны. Молодая женщина страдала фирозно-кистозной мастопатией с 20 лет, наблюдалась. Она сама — врач, поэтому появления небольших уплотнений в правой груди не вызвали паники. Позже узнала, что из-за беременности и отсутствия клинических и морфологических данных за ЗНО врачи решили отложить выполнение операции на ранний послеродовой период.
На 3-й день после родов молодую мамочку перевели из перинатального центра в онкологическое отделение медицинского центра № 2 г. Северска, где 21 апреля было сделано сразу две операции — секторальная резекция и мастэктомия по Маддену справа, то есть удаление правой молочной железы вместе с лимфатическими узлами.
Через 15 дней Марию выписали из стационара. В выписном эпикризе от 4 мая 2017 г. значится диагноз: “С50.2 — злокачественное новообразование верхневнутреннего квандранта правой молочной груди, 1 ст.”. Однако, в этом же эпикризе указано, что по патологогистологическому заключению от 2.05.17 г. у нее была “внутрипотоковая гиперплазия с атипией”, то есть мастопатия (избыточное разрастание тканей груди), а не “внутрипротоковый рак”, как ей говорили раньше. Удаленные лимфатические узлы имели обычное гистологическое строение. А еще через неделю Мария получила результаты иммуногистохимического исследования из Томского областного онкологического диспансера, где значился диагноз “доброкачественное новообразование молочной железы, данных за ЗНО не обнаружено”.
Молодая женщина еще раз пережила страшный стресс, вместо радости она испытала страх и ужас. По ошибке у нее удалили грудь! Когда груди лишается больная женщина — это одно. А что теперь делать ей — молодой, привлекательной, стройной? Понятно, что есть коррекционное белье, есть операции по реконструкции груди. Но нанесен серьезный вред ее здоровью и качеству жизни. Под угрозой семейная жизнь. В ближайшие 5 лет ей нельзя беременеть и рожать детей. Как она — врач и умная женщина — сумела попасть в “лапы эскулапов”? Почему забыла главную заповедь в отношении здоровья: “Доверяй, но проверяй!”. Где искать теперь защиты и помощи? За что ей все это?

Не навреди!

Врачебная ошибкаРосздравнадзор по Томской области (Чиняев М. Ф.) проверил медицинские документы и сделал вывод, что “в онкологическом отделении медицинского центра, где лечилась больная, не дана совокупная оценка клиническим данным и данным инструментальных методов обследования, лабораторным исследованиям, данным гистологических исследований на дооперационном этапе, этапе оперативного лечения, что привело к выполнению необоснованного объема оперативного вмешательства, повлекшим за собой причинение вреда здоровью”.
По копиям медицинских документов видно, что дооперационные исследования выявили у Марии наличие только доброкачественного образования, а не ЗНО. В марте результаты биопсии подтвердили “фиброаденому молочной железы”. УЗИ груди от 19.04.17 показало наличие нескольких небольших очаговых образований, в заключении врач отметил: “складывается впечатление”, что эхопризнаки ФКМ — фиброзно-кистозной мастопатии.
Однако пациентке сразу после родов в качестве уточнения диагностики ЗНО проводится секторальная резекция молочной железы (удаление части долек молочной железы с прилегающей к ней соединительной тканью) и делается экспресс-биопсия. На основе срочного гистологического заключения — “внутрипротоковый рак” — проводится вторая операция по мастэктомии (удаление правой молочной железы с лимфатическими узлами).
По заключению врача-эксперта страховой компанией “СОГАЗ Мед”, “окончательный диагноз в выписном эпикризе установлен необоснованно, так как диагноз “внутрипотоковая гиперплазия с атипией” не тождествен диагнозу “рак молочной железы”. Далее эксперт указывает, что операция по мастэктомии “явилась следствием ошибки в срочном гистологическом исследовании” и могла быть “отсрочена”, также удаление лимфатических узлов “выполнено необоснованно”.
По заключению судебно-медицинского эксперта Юрия Панчука (Санкт-Петербургский институт независимой оценки и экспертизы), “обе операции выполнены без достаточных оснований”, можно было начать лечение с консервативной терапии.
Возникает вопрос: кто принимал скоропалительное решение о секторальной резекции и мастэктомии молочной железы у роженицы Марии? Почему столь серьезное решение было принято только по результатам экспресс-анализа, а дооперационные исследования, которые явно ему противоречили, проигнорированы? Откуда такая самоуверенность в своих действиях у врачей-онкологов и недоверие к мнению других специалистов? Почему онкологи не дождались результатов патологогистологического заключения? Ведь гистологические анализы иссеченного материала (2.05.17 и 12.05.17) поставили точный диагноз — “доброкачественное новообразование молочной железы”. Ошибочно была проведена радикальная хирургическая операция по удалению у роженицы правой молочной железы, когда требовалось консервативная терапия мастопатии. Это профессиональное поведение врачей? “Семь раз отмерь, один раз отрежь” — гласит русская поговорка. Перед любой операцией врач должен убедиться, что именно такой способ лечения самый лучший, продумать негативные последствия своих действий. Как пациент будет жить без этого органа?
Примечание: распространенные осложнения после мастэктомии: болевые ощущения; отек в руке, вызванный нарушением оттока лимфы; кровоточивость; боли в области шеи; ухудшение двигательных функций в плечевом суставе; проблемы с осанкой из-за возможного искривления позвоночника; депрессивные настроения. Реконструктивно-пластическая операция по восстановлению молочной железы после ее удаления является одной из самых сложных пластических операций.
Ограничение жизнедеятельности: ограничение подъема тяжестей правой рукой в течение года до 1 кг и 4 кг в течение всей жизни; в связи с удалением лимфоузлов пожизненно противопоказаны инъекции в правую руку, а травмы, порезы, сдавливания, укусы насекомых сопряжены с риском развития лимфостаза и рожистого воспаления, что представляет опасность для жизни.

Врачебная ошибка

По словарю: “Врачебная ошибка — неправильное определение болезни врачом (диагностическая ошибка) или неправильное врачебное мероприятие (операция, назначение лекарства и др.), обу­словленные добросовестным заблуждением врача”.
Врачи онкологического отделения МЦ № 2 г. Северска допустили ужасную ошибку — не стали перепроверять экспресс-анализ биопсии — “внутрипротоковый рак”, а в экстренном порядке прооперировали молодую женщину, удалив ей правую грудь. Мария обратилась в Росздравнадзор по Томской области, в свою страховую компанию “СОГАЗ Мед”, где получала полис ОМС и заключение Санкт-Петербургского института независимой оценки и экспертизы. Подала заявление в прокуратуру.
Согласно указанию Росздравнадзора по Томской области, в отделении патологической анатомии и цитологии НИИ онкологии Томского НИМЦ РАН в июле проведен пересмотр результатов гистологических препаратов, представленных следственным комитетом города Северск и патологоанатомическим отделением больницы Северска. В ходе проверки установлено: “при оказании медицинской помощи было нарушено право гражданина на охрану здоровья… Медицинская помощь оказана некачественно, не достигнуто запланированного результата”.
Директор Томского филиала СК “СОГАЗ Мед” Пахтусова А. Н. сообщила потерпевшей, что администрация НКЦ г. Северска “будет ознакомлена с заключением экспертов. За выявленные нарушения к этой медицинской организации в рамках компетенции страховой компании будут приняты финансовые санкции”. Однако вопрос о возмещении морального ущерба и материальных затрат на восстановительное лечение и реконструкцию груди не входят в компетенцию СК и может быть рассмотрен только в судебном порядке. Страховщики ответили: “За Вами сохраняется право обратиться в суд для рассмотрения вопроса о причинении Вам вреда”.
Санкт-Петербургский институт независимой оценки и экспертизы выдал Марии заключение, в котором говорится, что “оказанная медицинская помощь была сделана ненадлежащим образом” — неправильная клиническая оценка состояния изменений в молочной железе; необоснованное решение о необходимости секторальной резекции молочной железы; диагностическая ошибка срочного гистологического исследования; необоснованное удаление правой молочной железы. Судебно-медицинский эксперт Юрий Панчук указал, что по ст. 111 Уголовного кодекса РФ (Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью) квалифицирующим признаком тяжкого вреда здоровью является “потеря органа”, что влечет за собой ограничение жизнедеятельности.
Ст. 293 УК РФ (Халатность) устанавливает, что халатность — это неисполнение либо ненадлежащее исполнение должностным лицом своих обязанностей вследствие его недобросовестного, небрежного отношения к работе, что влечет за собой крупный ущерб, существенное нарушение прав и законных интересов гражданина. Должностными лицами в данном случае являются сотрудники медицинского учреждения, которые выполняют организационно-распорядительные, административно-хозяйственные функции.
Однако, больше всего поражает человеческое равнодушие в медицинской среде. Люди, которые давали клятву Гиппократа, перестали общаться с пациентами, превратились в бездушных исполнителей манипуляций, прописанных в госстандартах. Вот и ответ заместителя главного врача НКЦ г. Северска Смолькиной И. А., где совершена ошибка, не содержит сочувствия, обращение было рассмотрено врачебной комиссией НКЦ, и сделаны выводы: “госпитализация в онкологическое отделение своевременная”; “тактика оперативного вмешательства — верная”; “упущений в работе медицинских работников не установлено”. Она подчеркнула, что операция сделана по утвержденному Минздравом РФ стандарту специализированной медицинской помощи при ЗНО молочной железы (хирургическое лечение). Пациентка поставлена на учет у врача-онколога для дальнейшего наблюдения, а “оснований для возмещения ущерба не имеется”. Звучит это самоуверенно и цинично. Администрация вообще в курсе, что произошло в их центре? Зачем Марии наблюдение у онколога? Ей сейчас реконструкция груди требуется у хорошего пластического хирурга, а НКЦ, как минимум, должен оплатить эти расходы. Может быть, в суде им это и зачтется.
К слову, в Израиле по ошибке врачей была сделана подобная операция по мастэктомии, так пострадавшая обратилась в суд и требует от больницы выплатить ей компенсацию в размере 2 млн шекелей (около 545 тыс. долларов). В больнице прокомментировали ситуацию: причиной ошибочного диагноза “рак груди” стал “человеческий фактор”.

Как теперь жить с этим?

Прежде всего, нужно жить. У Марии есть любящий муж, который поддерживает ее, помогает пережить трудный период, не впасть в депрессию. Именно на него легли основные заботы по уходу за грудным ребенком. А беда только сплотила супругов. Они уже месяц ходят по инстанциям, но правоохранительные органы не торопятся: уголовное дело до сих пор не возбуждено. Медучреждение не признает своей вины. Ущерб здоровью и психике молодой мамы до сих пор не возмещен. На реконструкцию груди нужны средства. Мария в отчаянии обратилась к нам в редакцию за помощью.

Что же делать, если в результате врачебной ошибки причинен вред здоровью пациента?

Во-первых, вред здоровью должен быть задокументирован. Мастэктомия требует длительной терапии и реабилитации, накладывает ограничения на трудоспособность в будущем. Марии нужно получить статус инвалида. Признание человека инвалидом определенной группы возможно только после проведения медико-социальной экспертизы (МСЭ). Статус инвалида дают на основании комплексной оценки состояния здоровья человека, анализа его медицинских, социальных и функциональных данных. Больному устанавливается одна из трех групп инвалидности. Человек, имеющий группу, может претендовать на получение той или иной помощи от государства. Она направлена на то, чтобы он мог быстрее адаптироваться к жизни в обществе после операции. Чтобы получить инвалидность после мастэктомии Марии необходимо дополнительно обследоваться и подать заявку в МСЭ. Явление лимфастаза — нарушение оттока лимфы в руке из-за удаления лимфатических узлов во время операции — дополнительный фактор для установления инвалидности.
Во-вторых, требуется доказать, что врачебная ошибка действительно имела место. Для этого необходимо обратиться с жалобой к главному врачу учреждения, где произошла врачебная ошибка; в Департамент здравоохранения города; в страховую компанию, которая предоставила полис ОМС; в территориальный орган Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения (Росздравнадзор). Мария сделала это и получила ответы, которые приведены выше.
В-третьих, нужно подать заявление в прокуратуру. Оно даст основание для проведения проверки по факту нанесения вреда здоровью. Указанные в нем претензии и факты должна подтвердить независимая медэкспертиза. Прокурорская проверка может привести к возбуждению против нарушителя уголовного дела. Юридически наиболее ответственным моментом является дифференциация ошибки от элементарного невежества (отсутствие знаний, безграмотность), халатности, преступления.
Конечная инстанция для обращения — суд. Важно, чтобы у заявителя уже были на руках обоснования своей правоты, закрепленные проверенными фактами (доказательствами) установленных причинно-следственных связей. Для назначения компенсации за имущественный и моральный вред, причиненный здоровью, Марии следует обратиться в судебный орган.
(По этическим соображениям имя героини изменено).
Ия Владимирова

Читайте также на сайте:

  1. Кому нужна их рука помощи?
  2. Лечимся за деньги?
  3. Если потрескались пяточки…
  4. Не дайте болезням испортить вам лето!
  5. Вакцинация или изоляция?
  6. Побороть болезнь и жить!
  7. Не слышны в саду даже шорохи
  8. Воспитание – это правильное питание!
  9. Медицинские страсти
  10. Разгрузить организм
Рейтинг
Метки:

Опубликуйте свой комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован. Обязательные поля отмечены звездочкой *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.

Яндекс.Метрика

Контакты

Email: red@tomskw.ru

Телефон: +7 (3822) 78-42-93

Отдел рекламы

Email: rec@tomskw.ru

Телефон: +7 (3822) 78-42-91