Томская НЕДЕЛЯ
26 ЛЕТ НА ЗАЩИТЕ ВАШИХ ИНТЕРЕСОВ
Томск, Россия

«Врачу, исцелися сам…»

   0

Всегда ли мы можем отличить добро от зла? Казалось бы, десять заповедей и высокий уровень цивилизации — лучшие путеводители, чтобы не запутаться. Однако не всегда и это помогает

Встречаясь с героями очерков, я спрашивала их, не случалось ли в их судьбе каких-то событий, которые изменили их представление о жизни, не сталкивались ли они с чем-то необъяснимым, что можно назвать чудом? И иногда мне везло: человек вдруг вспоминал о чем-то заветном. Вот одна из таких историй от женщины, успешного руководителя медицинского учреждения.

«Ничего такого мистического и сверхъестественного в моей жизни не было. Двадцать лет в партии, лекции в политпросе, политинформации, атеистические беседы — все это даром не проходит. Но когда вы спросили, я вспомнила: есть в моей жизни история, которую я никак не могу объяснить. Я всю трудовую биографию посвятила лечению людей, ни в какую мистику никогда не верила, и вдруг…

Лисичка со скалочкой

У меня есть сестра на семь лет младше меня, отцы у нас разные (мама второй раз выходила замуж). Конечно, я с ней в детстве нянчилась, заботилась о ней, помогая маме, но когда она подросла, близкими мы не стали. Потом я уехала учиться, домой, в райцентр, приезжала только на каникулы и по праздникам. У сестры были какие-то свои дела, кавалеры, танцы, а для меня главным было закончить медицинский. После смерти мамы мы с сестрой только изредка созванивались по телефону.

Я знала, что она вышла замуж один раз, другой, потом жила с кем-то в гражданском браке, нажила троих детей, а четвертого родила — уже не знаю от кого. Я в ее жизнь не вмешивалась. Звонила мне в основном она, да и то, когда требовалась либо помощь (в основном кого-нибудь полечить), либо деньги. В общем, жили параллельно, можно сказать.

Вскоре после пятидесяти я овдовела, дети мои выросли, выучились, разъехались по разным городам, у них были уже свои семьи. И вдруг, как снег на голову, приезжает ко мне младшая сестра со всеми четырьмя детьми. Старшие мальчик и девочка закончили какие-то ПТУ в районе, третий сын в восьмом классе, младший еще в школу не пошел. Я сначала опешила: все-таки не средневековье, есть телефоны, могла бы хоть предупредить… Она плачет: мол, прости, ситуация безвыходная, работать негде, дома есть нечего, надежда только на тебя.

Старшие ребятишки как-то быстро сами определились — работу нашли, общежитие выхлопотали себе. Сестра сначала пошла работать санитаркой (подруга моя студенческая взяла к себе в отделение), но быстро оттуда уволилась. Потом она недолго работала на овощной базе, потом еще где-то. Но основным кормильцем в доме оставалась я. И так продолжалось с полгода. Через недолгое время замечаю, что домой мне идти совсем не хочется, такое ощущение, что и квартира стала не моя. Что делать — сестра родная, пусть и по матери, но на улицу не выгонишь. А с другой стороны — хоть самой из дома беги!

Раньше никогда на здоровье не жаловалась, а тут чувствую, что просто с ног валюсь. Попросилась в отпуск, легла на обследование, коллеги-врачи много чего в моем организме нашли ненужного. Потом операция, постельный режим и прочие подробности…

И вот лежу я уже после больницы дома, вставать мне нельзя, а ухаживать за мной некому — сестра своими делами занята, меня не слышит. Тут приходят в гости старшие племянники, и слышу разговор в кухне:

— Как тетя Валя? Долго еще протянет? А если она умрет, квартира тебе достанется?

— Может, и достанется, — отвечает сестра, — только вы из общаги не выписывайтесь. Я в валькину комнату жильцов пущу…

Не знаю, как я пережила эту ночь. Я просто слов не находила. Ведь я ее из жалости кормилапоила, детей ее пристраивала, лечила, а она так спокойно меня хоронить собирается! Утром набрала номер близкой подруги. Она тут же примчалась, и я ей все рассказала.

Начитавшись Чехова

Подруга моя — человек быстрых решений. Племянников отправила одного в магазин, другую в аптеку, а когда они ушли, сестру мою почти насильно выпроводила: иди и ищи работу, и пока не найдешь, домой не возвращайся.

Племянники принесли продукты, лекарства и отправились в свои общежития. Когда сестра вернулась и увидела, что подруга все еще в квартире и уходить не собирается, пригорюнилась. Зашла в комнату и говорит:

— Валя, ты после операции, тебе не до нас. Наверное, поедука я обратно, в свой райцентр, в мамин дом. Там все вещи остались, младших ребятишек с собой возьму.

Я сама — врач, знаю, что болезни просто так не исчезают. Но после отъезда сестры и племянников почувствовала себя настолько легче, что хоть на работу выходи! И действительно, после всех повторных анализов мне закрыли больничный лист и сказали, что через месяц можно приступить к работе. А ведь диагноз был такой, что я его даже произносить вслух не хочу.

Я потом обратилась к знакомым своим коллегам, чтобы перепроверить, на самом деле все в порядке или меня просто «утешают», не говорят всю правду? Давно известно, что самые тяжелые пациенты — это врачи. Так и есть. По себе знаю, как тяжело бывает сказать человеку о его тяжелом диагнозе, но, как ни смягчай, все же приходится говорить правду. Поэтому в чудо я не верила, просила не щадить и говорить все, как на самом деле. Мой лечащий врач и бывший однокурсник показал историю болезни, сказал что я — молодец, и что проживу сто лет.

Что же произошло на самом деле в тот вечер, когда сестра уехала? Почему вместе с ней ушла моя болезнь? — вот чего я понять не могу. Ведь меня с детства приучали быть доброй. В мединституте помимо предметов нам внушали, что для профессии врача главное — милосердие. Но если взять только факты, получается, что я свою сестру с младшими детьми выставила из дома! И после этого сразу поправилась!

Долго я не могла себе самой это объяснить, и это меня очень угнетает. Я человек с атеистическим сознанием, мне трудно поверить во что бы то ни было, но факт остается фактом: я выгнала из дома сестру с детьми и выздоровела. Между тем я в медицинский-то пошла потому, что Чехова с детства начиталась!..»

Куда ведет жалость?

В разговоре с одним церковнослужителем я упомянула эту историю. Как быть, если человек сам считает, что совершил дурной поступок, но вследствие именно этого поступка выздоравливает? Ведь, несмотря на чудо выздоровления, совесть продолжает мучить.

— В свое время известный журналист в «Литературной газете» написал: «Не путайте милосердие со слабыми нервами», — заметил батюшка, — так вот и я в свою очередь скажу: не путайте жалость и сочувствие. Мы сочувствуем человеку, у которого случилась беда, мы сопереживаем и стараемся помочь ему, облегчить его участь. Наше сострадание деятельно и плодотворно. Но жалость — это другое. Вы знаете о том, что жалость — последнее прибежище сатаны?

— Вы так считаете? — удивилась я.

— В Библии так написано. С точки зрения вашей знакомой, тем более что она сама — врач, действительно произошло необъяснимое исцеление. Но на самом деле чудо не только в исцелении тела, а в исцелении души, поскольку эта душа не захотела больше давать прибежище иждивенчеству младшей сестры. Если бы, не дай Господь, случилось несчастье, и сестра обратилась бы за помощью, конечно, оказать поддержку — долг каждого нормального человека. Но взвалить на себя заботу о человеке, который не желает сам заботиться ни о себе, ни о своих детях, это значит поощрять его иждивенчество. Возможно, сознанием своим старшая сестра и считает, что поступила неправильно. Но душа всегда старше разума, она лучше определяет, где добро, где зло. И если душа выздоравливает, тело последует за ней…

Юлия Струкова

Читайте также на сайте:

  1. Ищи человека
  2. Не верьте разбитым зеркалам
  3. Ангелы пусть отдохнут…
  4. Родная кровь
  5. Сказать «Прости»
  6. Тоска по несбывшемуся
  7. Внучки сосватали деда и бабушку
  8. Бабушки заигрались
  9. «Я спасала свою семью!»
  10. Для взрослых — шулер, для меня волшебник

Опубликуйте свой комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован. Обязательные поля отмечены звездочкой *

Яндекс.Метрика

Контакты

Email: red@tomskw.ru

Телефон: +7 (3822) 78-42-93

Отдел рекламы

Email: rec@tomskw.ru

Телефон: +7 (3822) 78-42-91