Томская НЕДЕЛЯ
26 ЛЕТ НА ЗАЩИТЕ ВАШИХ ИНТЕРЕСОВ

Молчать уже нельзя!

Спасение умирающих — дело рук самих умирающих?!

Нас и, самое главное, детей в России, похоже, никто и не собирается спасать по-настоящему, как это давно принято во всем цивилизованном мире.

По моему мнению, Минздрав РФ систематически нарушает ст. 38 Конституции РФ, гарантирующую нам государственную защиту материнства и детства. И все молчат!

По факту, если говорить о странностях нормативных документов Минздрава или глупостях отраслевых чиновников, то спасать детей в экстренных ситуациях мы, похоже, не хотим… и не можем.

Написать этот материал меня окончательно подтолкнула новость после эксцесса с А. Навальным в самолете Томск—Москва. Когда из Германии за ним прилетел самолет, в новостях прозвучало, что этот самолет немецкой санитарной авиации оснащен всем необходимым оборудованием, включая аппарат ЭКМО. При этом такое устройство, поддерживающее жизнедеятельность организма и часто спасающее человеку жизнь, в том числе у тяжелых больных с коронавирусной инфекцией COVID-19, как выяснилось, находится в Германии в каждом самолете и вертолете, и уже много лет. У нас же таких аппаратов нет ни на одном борту санавиации — не положено, отсутствуют в стандарте оснащения.

Решив изучить проблему, я столкнулся с еще более ужасным обстоятельством — в нашем государственном здравоохранении аппаратов ЭКМО совсем нет в детских стационарах, нет их и у специальных кардио-бригад скорой медицинской помощи. Причем опять же их нет в федеральных перечнях оснащения, хотя, кажется, к их написанию привлекаются не только чиновники, но и врачи практической медицины, для которых ценность ЭКМО безусловно понятна. Данное устройство, на языке реаниматологов, входит в «золотой стандарт» современной реанимации.

При существующем раскладе получается, что детей мы после аварий или при тяжелых формах пневмонии не спасаем? Просто нечем и, скорее всего, некому. «Я вам не скажу за всю Одессу», но в Томской области нет этого оборудования ни в одной детской больнице. И это очень неправильно и непрофессионально, с моей точки зрения.

Что такое ЭКМО?

ЭКМО — это специальный метод лечения, при котором используются искусственные сердце и легкое для обеспечения временной поддержки жизни пациента и функционирования его организма, когда собственные сердце и/или легкие человека слишком больны, чтобы выполнять свою нормальную работу. ЭКМО может поддерживать организм в течение длительного периода времени (от нескольких дней до нескольких недель и даже месяцев), чтобы дать возможность сердцу и/или легким отдохнуть и оправиться от болезни. Хотя сама по себе ЭКМО не вылечит пациента, но она даст ему время, необходимое для лечения и выздоровления. Чаще всего к ЭКМО прибегают после того, как врачи пробовали применять все другие виды лечения, такие как искусственная вентиляция легких (ИВЛ), лекарства для поддержки работы сердца и легких и так далее, но этого недостаточно для поддержания жизни пациента.

После того, как сердце и/или легкие пациента восстановятся так, чтобы обеспечивать потребности его организма, ЭКМО будет отключена. Если врачи поймут, что ЭКМО не помогает улучшить ситуацию, или если продолжение использования ЭКМО может повредить пациенту, ЭКМО также будет прекращена.

Одним из современных методов интенсивной терапии критических состояний является процедура продленного экстракорпорального кровообращения, которая используется у пациентов с остро развившимися и потенциально обратимыми респираторной, сердечной или кардиореспираторной недостаточностью, которые не отвечают на стандартную терапию.

Методика позволяет дать время для восстановления собственной функции легких либо сердца, используется для долгосрочной поддержки (3-10 дней), устанавливается через катетеризацию сосудов шеи под местной анестезией.

ЭКМО применяется при тяжелой дыхательной недостаточности у взрослых и новорожденных, осложнениях вирусной пневмонии (H1N1, свиной грипп, легочное кровотечение, аспирация, ОРДС), угрозе повреждения легких во время искусственной вентиляции легких, сердечной недостаточности, резистентной к консервативной терапии, при проведении сердечно-легочной реанимации, в качестве промежуточной поддержки перед трансплантацией легких и сердца. 

Мнения специалистов

Метод экстракорпоральной мембранной оксигенации (ЭКМО) при лечении крайне тяжелых пациентов с пневмонией, которым не помогает ИВЛ, может быть эффективным в популяции в 56-70% случаев. Это весьма неплохой показатель, если учесть, что пациенты были обречены. Однако широкого применения в России этот метод не найдет, заявил «Медвестнику» заведующий отделом анестезиологии-реанимации и интенсивной терапии Всероссийского центра экстренной и радиационной медицины им. А.М. Никифорова, главный анестезиолог-реаниматолог МЧС России Даниил Щелухин.

По его словам, статистика по применению ЭКМО только накапливается. Общее количество таких случаев во всех европейских странах, куда согласно регистру-счетчику отнесена и Россия, приближается к 700. В России случаев подключения к аппаратам ЭКМО пациентов с коронавирусной инфекцией известно 6, 2 из них закончились летальным исходом. В прежние годы при пневмонии экстракорпоральная мембранная оксигенация не применялась.

«ИВЛ — более дешевый, доступный способ, хотя не всем может помочь. ЭКМО начинает применяться у пациентов, у которых газообмен с помощью ИВЛ уже невозможно исправить. В порядке эскалации терапии этот метод находится на вершине пирамиды: когда никакие другие способы не помогают, приходит его очередь. Однако будучи эффективным, ЭКМО таит в себе риски, ведь это инвазивная технология — искусственное кровообращение, с рисками кровотечений, тромбоза. Чтобы сократить эти риска, технология должна применяться на базе многопрофильных стационаров, где есть пульмонологи, анестезиологи, кардиохирурги, торакальные хирурги. Сомневаюсь, что в инфекционных больницах есть эти специалисты», — отметил Щелухин.

По словам специалиста, согласно справке Минздрава, в России 137 аппаратов ЭКМО. По оценке Российского общества специалистов ЭКМО, эта цифра может составлять 150, примерно половина из них в Москве. По данным общества, 40 клиник в стране применяют ЭКМО, 31 из них включена в соответствующий регистр.

Таким образом, спасть людей, в том числе и детей, мы можем и готовы только в Москве.

Ранее оборудование для экстракорпоральной мембранной оксигенации имелось только в отдельных федеральных центрах. У нас в Томске пара есть в Кардиоцентре, и один — в ТОКБ, причем не удивимся, что его до сих пор даже не распаковали из коробок, и что для него нет расходных материалов (всех необходимых устройств для искусственного кровообращения, канюль и пр. для подключения пациента).

И главное, ни одного аппарата ЭКМО нет ни в томском детском здравоохранении, ни в больницах, дежурящих по скорой, и даже в СибГМУ, то есть получается, что учить его применять не на чем и некому.

Аппарат ЭКМО работает следующим образом: кровь пациента по системе магистралей поступает в оксигенатор — газообменное одноразовое устройство, предназначенное для насыщения крови кислородом и удаления из нее углекислоты. После прохождения через оксигенатор кровь возвращается в кровеносное русло, при этом пациенту обеспечивается не только респираторная поддержка, но и значительное улучшение основных параметров кровообращения.

В рамках нацпроекта «Здравоохранение»

Федеральные эксперты тематической площадки «Здравоохранение» обсудили, почему технология экстракорпоральной мембранной оксигенации (ЭКМО), которая в среднем спасает жизни 50% пациентов с тяжелой легочной и сердечной недостаточностью, до сих пор не применяется в России на должном уровне, и какие шаги нужно предпринять для того, чтобы исправить ситуацию. Участники заседания подчеркнули, что, прежде всего, необходимы законодательные основы для применения технологии, соответствующая подготовка медицинских кадров и урегулирование вопросов с транспортировкой пациентов для проведения ЭКМО. Отметим, что мероприятие прошло по инициативе члена Центрального штаба ОНФ, главврача Научно-исследовательского института — краевой клинической больницы № 1 Минздрава Краснодарского края, академика РАН, Героя труда РФ Владимира Порханова.

Сопредседатель Центрального штаба ОНФ, доктор Леонид Рошаль подчеркнул, что снижение смертности и повышение качества оказания медпомощи — это ключевые задачи нацпроекта «Здравоохранение». Стране необходимо, чтобы технология ЭКМО полноценно работала во всех регионах.

Главный анестезиолог-реаниматолог Краснодарского края, заведующий отделением анестезиологии и реанимации Краснодарской краевой клинической больницы им. С. В. Очаповского Александр Скопец отметил, что в наше время ЭКМО широко применяется по всему миру. На январь нынешнего года зарегистрировано уже 112 тыс. сделанных ЭКМО. В основном центры ЭКМО располагаются в США и Западной Европе. Применение этой технологии при осложнениях гриппа снижает смертность в два раза, при пневмонии — в полтора раза, также она доказала свою эффективность в помощи пациентам с тяжелыми сердечными патологиями, такими как инфаркт миокарда и т.д.

С ним согласился и заместитель директора по реализации высокотехнологичных программ Центра трансплантологии им. В.И. Шумакова Виталий Попцов, который подтвердил: летальность среди пациентов с терминальной сердечной недостаточностью при применении ЭКМО сократилась с 30 до 2,3%. «Это показывает эффективность данного метода экстренной поддержки организма пациента», — подчеркнул Попцов.

Тем не менее, указал Скопец, в России в 2018 г. было зафиксировано лишь около 350 случаев применения ЭКМО. «То есть примерно 2,4 случая на миллион населения, и это по очень оптимистичным прогнозам. Получается, что один случай применения приходится на один аппарат в год. Это катастрофически мало. Машины простаивают», — подчеркнул он. Так, например, в республиках Северного Кавказа имеющиеся аппараты вообще никогда не применялись. Скопец напомнил, что условиям применения ЭКМО отвечает только большая многопрофильная клиника. Он также указал на необходимость дополнительного регулирования применения ЭКМО на законодательном уровне. «К сожалению, сегодня в России отсутствуют документы, регламентирующие работу интенсивной терапии, применяющей ЭКМО. Не описаны необходимые условия для организации этого процесса», — подчеркнул Скопец. Он напомнил, что согласно современным европейским и всемирным целевым указаниям на один центр необходимо не менее 20-30 применений ЭКМО в год. Иначе у медработников не будет необходимого опыта и практики, которые крайне важны для работы с этим методом.

О том, что медработникам необходимо дополнительное обучение для применения ими технологии ЭКМО, заявил и начальник кафедры анестезиологии и реаниматологии Военно-медицинской академии им. С. М. Кирова, главный анестезиолог-реаниматолог МО РФ Алексей Щеголев. В. Порханов добавил, что ЭКМО необходимо применять, прежде всего, в многопрофильных больницах, а не, к примеру, в центрах сердечно-сосудистой хирургии. Чтобы при эпидемиях гриппа, когда количество заболевших пациентов может резко возрасти, их не отвозили за неимением мест для проведения ЭКМО в отделения кардиохирургии.

Его поддержал и старший научный сотрудник, руководитель программы ЭКМО Центра анестезиологии и реанимации в Новосибирском научно-исследовательском институте патологии кровообращения им. академика Е.Н. Мешалкина, президент Российского общества экстракорпоральной мембранной оксигенации (РОСЭКМО) Игорь Корнилов, который рассказал о том, как применяется ЭКМО в Новосибирске. «При оказании помощи пациентам важна командная работа и возможность быстрой, активной и «агрессивной» диагностики, лечения осложнений. Сегодня достаточно много возможностей для того, чтобы помочь пациентам, но требуются разные специалисты. Поэтому я за то, чтобы центры ЭКМО создавались в многопрофильных больницах», — отметил Корнилов.

«ЭКМО-центр ни в коем случае не должен формироваться на базе кардиохирургического стационара. Это должна быть отдельная структура, с отдельным штатом, с отдельным финансированием и с отдельными задачами», — уверен и заместитель директора по научной работе, заведующий отделением неотложной хирургии врожденных пороков сердца Национального медицинского исследовательского центра сердечно-сосудистой хирургии им. А. Н. Бакулева Константин Шаталов. Он рассказал, что первые случаи применения метода ЭКМО в клинике были проведены двум пациентам в 1999 г. Число применений постепенно увеличивалось. Однако за 20 лет насчитывается всего 648 случаев применения ЭКМО. Сейчас, например, осуществляется от 35 до 47 подключений к ЭКМО в год. Ситуация в субъектах в связи с отсутствием применения ЭКМО еще более печальная. «До настоящего момента в некоторых региональных городах мы видим аппараты искусственной вентиляции легких, которые не должны применяться среди больных», — констатировал Шаталов.

Заведующий научным отделением анестезиологии и реаниматологии для трансплантации органов НИИ СП им. Н. В. Склифосовского Сергей Журавель указал, что, по данным зарубежных центров, потребность в ЭКМО составляет 50–70 процедур на миллион населения в год. «Исходя из этого, мы рассчитали, что только в Москве, даже если мы примем в расчет 10 млн человек населения, должно выполняться около 500–700 подключений в год к аппарату», — отметил Журавель.

Продолжая тему необходимого количества центров ЭКМО, главный анестезиолог-реаниматолог МЧС России, секретарь Российского общества экстракорпоральной мембранной оксигенации (РОСЭКМО) Даниил Шелухин согласился с этими цифрами, отметив, что они должны учитывать возможную эпидемиологическую ситуацию. «Когда нет эпидемии, требуется проводить около 30 ЭКМО на один миллион населения. Однако эпидемия может увеличить этот показатель до 70 ЭКМО на один миллион населения», — указал он. Для понимания важности ЭКМО в спасении людей при пневмонии он призвал обратить внимание на статистику смертности по этому заболеванию в США: там на 250 млн человек приходится 5–8 млн пневмоний, из них госпитализируется примерно 1 млн человек, летальность составляет 70 тыс. Таким образом, десятки тысяч человек ежегодно нуждаются в применении метода ЭКМО.

Журавель между тем рассказал, что в институте Склифосовского направление ЭКМО стало развиваться с 2017 г. «Возможности применения этой методики у пациентов в критическом состоянии позволяют оказать помощь ранее неизлечимым больным, вернуть их к полноценной жизни», — заявил Журавель. Он также отметил, что одной из причин, мешающих широкому применению технологии, является отсутствие серьезной подготовки специалистов по ЭКМО. По его словам, этим должны заниматься врачи с сертификатами анестезиолога-реаниматолога или хирурга, прошедшие специальное дополнительное обучение. Кроме того, необходима городская нормативно-правовая база, обеспечивающая перевозку пациентов из стационаров в центры ЭКМО. Между тем своевременное применение ЭКМО может помочь даже пациентам с тяжелой пневмонией, у которых смертность составляет 100%. «При процедуре ЭКМО она снижается до 47%».

Начальник Управления модернизации системы ОМС федерального Фонда обязательного медицинского страхования Ольга Царева между тем констатировала, что на сегодня за 2019 г., исключая Москву, Санкт-Петербург и Краснодарский край, субъекты применили ЭКМО только в 26 случаях по всей стране. «Такое малое количество обусловлено в большей степени тем, что этот метод вообще не применяется или применяется в недостаточной степени», — подчеркнула она.

Советник руководителя Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения Марина Рябкова указала, что необходимо проанализировать число возможных нуждающихся в ЭКМО. Она также добавила, что 66 субъектов закупили 109 единиц оборудования. С 14 субъектами, которые не закупили, все соглашения заключены. Кроме того, она отметила важность подготовки медработников. «Если мы хотим готовить кадры, мы должны поставить вопрос о том, какие курсы им проходить, на базе каких университетов. Когда будут кадры, можно будет говорить о том, как продвигать технологию дальше», — резюмировала Рябкова.

Подводя итоги заседания, Рошаль подчеркнул: «Необходимо, чтобы полноценно заработала уже имеющаяся техника. Я сомневаюсь, что в ней нет потребности. Все дело в недооценке метода, отсутствии подготовки кадров и других вытекающих отсюда проблемах. ЭКМО — важный инструмент снижения смертности в России, и, к сожалению, он недооценен». Он отметил, что нынешнее совещание — это только начало работы. «Вопрос будет поставлен и перед Минздравом: почему такой жизненно важный метод не работает в России?» — отметил Рошаль.

Эксперты ОНФ также продолжат поиск решения по проблемам распространения и применения технологии ЭКМО в стране, поскольку она может спасти множество человеческих жизней.

Говоря о размещении ЭКМО-центров, Рошаль согласился с тем, что они должны располагаться в крупных клиниках. При этом территориальное распределение должно опираться на возможности схем транспортировки пациентов.

Жизнь или ИВЛ?

Достаточное количество аппаратов ИВЛ в медицинских учреждениях считается сейчас необходимым условием успешного лечения тяжелых больных коронавирусной инфекцией. Но вполне вероятно, что значение этого фактора переоценено. По данным Национальной службы здравоохранения Великобритании, аппараты ИВЛ помогают справиться с инфекцией только в 33% случаев. Две трети больных, помещенных на аппараты искусственной вентиляции легких, все равно умирают.

Аппараты ИВЛ оказываются бесполезными для 66,3% пациентов, состояние которых потребовало искусственной вентиляции легких. Такие цифры приводит британский Национальный Центр аудита и исследований интенсивной терапии (ICNARC).

Исследователи Центра представили данные 159 пациентов с тяжелым течением коронавируса, которые были помещены в реанимацию ввиду критического состояния. Часть из них (98 человек) лежали под аппаратами ИВЛ, а 69 пациентов не получали дополнительной респираторной поддержки. Из тех, кто был под аппаратом ИВЛ, поправились 33,7%. А из тех, кто не был под ИВЛ, ушли своими ногами из реанимации 80,3%.

Исследователи сравнили полученные данные с цифрами по больным с атипичной пневмонией двухлетней давности и обнаружили такие результаты: в интенсивной терапии без ИВЛ два года назад поправились 89,7%, а с ИВЛ — только 63,1%.

Напомним, что все эти люди находились в критическом состоянии. Больных с легким течением среди них не было.

Многие медики, похоже, знают, что ИВЛ не дает больших шансов выздороветь тяжелым больным. Как сообщает издание Daily Mail, работающих в госпитале Национальной службы здравоохранения в Лондоне волонтеров открыто предупредили, что от 50 до 80% пациентов, помещенных под ИВЛ, умрут.

Совершенно не понятна в этой связи становится гонка за аппаратами ИВЛ и отсутствие такой по ЭКМО, в которую включились правительства государств, переживающих пандемию. При этом Китай закупил этих устройств  больше всех.     

Стоит один аппарат ЭКМО от 7 до 17 млн руб. Кроме того, у них дорогие расходные материалы. Но за рубежом считают, что жизнь любого человека дороже денег, а у нас в стране, увы, нет. И когда дети в Томской области остаются без шанса на спасение, и когда хваленый медицинский Университет не учит этому методу ни студентов, ни врачей на курсах повышения квалификации по специальности «реаниматология», и при этом в Краснодаре и даже в Новосибирске этим методом владеют, не говоря уже о двух столицах — это вызывает недоумение и возмущение. Такой вот город студентов и ученых — наш Томск!?

Андрей Волков,

генеральный директор АО «Медтехника»

Читайте также на сайте:

  1. Спасибо за реагирование!
  2. День здоровья
  3. И снова управляющие компании
  4. Всегда лицом к клиенту
  5. Чиновники с тайнами
  6. Транспорт online
  7. Новости от 24.04.2015
  8. Охота на ведьм
  9. Вода от прокуратуры
  10. Из жизни ветеранов боевых действий…

Опубликуйте свой комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован. Обязательные поля отмечены звездочкой *

Яндекс.Метрика

Контакты

Email: red@tomskw.ru

Телефон: +7 (3822) 78-42-93

Отдел рекламы

Email: rec@tomskw.ru

Телефон: +7 (3822) 78-42-91