Томская НЕДЕЛЯ
26 ЛЕТ НА ЗАЩИТЕ ВАШИХ ИНТЕРЕСОВ

Мы в двух шагах от средневековья

Тема домашнего насилия в последнее время стала актуальной (возможно, из-за криминальных историй с сестрами Хачатурян или питерского «профессора-наполеона», погубившего девушку-студентку) — она так и лезет на первый план во всех новостях

Томску в этом плане повезло — у нас есть Татьяна Дмитриева, создатель и руководитель Кризисного центра для женщин. Каждая женщина, пострадавшая от домашнего насилия, знает, к кому ей обратиться, поскольку Татьяна спасла уже многих, попавших в кризисную ситуацию…

Но мне бы хотелось взглянуть на эту проблему под другим углом. И, прежде всего, ответить на такой вопрос: как далеко мы ушли от мнения большинства в обсуждении таких ситуаций?

Вывод. Александр Алексеевич Бучкури. Холст, масло. 1905

Далеко ли мы от той толпы?

Для наглядности посмотрите на известную картину Александра Бучкури «Вывод», где показано наказание жены за измену. Причем это уже конец ХIХ в.

Есть и литературное свидетельство — рассказ Максима Горького:

«По деревенской улице, среди белых мазанок, с диким воем двигается странная процессия. Идет толпа народа, идет густо, медленно и шумно, а впереди ее шагает шероховатая лошаденка, понуро опустившая голову. К передку телеги привязана веревкой за руки маленькая, совершенно нагая женщина, почти девочка. Она идет как-то странно — боком, ноги ее дрожат, подгибаются, ее голова, в растрепанных темно-русых волосах, поднята кверху и немного откинута назад, глаза широко открыты, смотрят вдаль тупым взглядом, в котором нет ничего человеческого. Все тело ее в синих и багровых пятнах, круглых и продолговатых, левая упругая, девическая грудь рассечена, и из нее сочится кровь. Она образовала красную полосу на животе и ниже по левой ноге до колена, а на голени ее скрывает коричневая короста пыли.

А на телеге стоит высокий мужик… В одной руке он держит вожжи, в другой — кнут и методически хлещет им раз по спине лошади и раз по телу маленькой женщины, и без того уже добитой до утраты человеческого образа. Глаза рыжего мужика налиты кровью и блещут злым торжеством.

Сзади телеги и женщины, привязанной к ней, валом валит толпа и тоже кричит, воет, свищет, смеется, улюлюкает, подзадоривает. Бегут мальчишки… Иногда один из них забегает вперед и кричит в лицо женщины циничные слова. Взрывы смеха в толпе заглушают все остальные звуки и тонкий свист кнута в воздухе. Идут женщины с возбужденными лицами и сверкающими удовольствием глазами…».

Весь этот ужас, творившийся во многих уголках России и других стран (вспомним хотя бы фильм Тенгиза Абуладзе «Древо желания»), назывался «ВЫВОД».

В ХХ в. жен дегтем уже не мазали и к телеге не привязывали, однако нередко бывало, что, услышав крики несчастной, над которой издевался муж, соседи и прочие соглядатаи не торопились ее спасать, а с болезненным любопытством смотрели на происходящее: «Опять напился — жену поучает…».

Одну из таких историй помню с детства, и еще тогда, помимо страшных подробностей избиения, меня поразило отношение окружающих к происходящему.

Кадр из фильма Тенгиза Абуладзе «Древо желания»

«В одну упряжку впрячь не можно коня и трепетную лань»

Что свело этих двоих в одну семью, не знаю. Они жили напротив нашей квартиры. Тетю Лену мы хорошо знали, мы были ровесниками ее детей и часто играли вместе. Елена Евгеньевна была не просто красавицей, она была настоящей Женщиной. От нее всегда пахло красивыми духами, она была просто, но аккуратно и со вкусом одета. И еще — она была приветлива. Частенько угощала дворовых ребятишек вкусными булочками. Взрослые звали ее по имени-отчеству, потому что в маленьком городке она работала старшим бухгалтером на какой-то фабрике.

А мужа ее взрослые называли презрительно «Пашка-коногон». Он работал на шахте, на старенькой коняжке в телеге перевозил уголь. Это был сухонький, тщедушный мужичонка с тяжелым взглядом.

И еще была одна особенность в этой семье. Когда мы, дети, играли в их квартире, Оля и Саша иногда говорили: это мамина комната, это папина комната. В те времена для целой семьи отдельная комната — и то роскошь. А тут у мужа и жены по отдельной комнате! Помню пересуды соседок между собой: мол, где это видано — от мужа запираться? Поговорку повторяли: «Ругаться ругайся, а под одеяло лезь!».

Когда Пашка-коногон напивался, а это случалось по два-три раза на неделе, начинался скандал. Если Елену кто-нибудь из соседок успевал предупредить, она быстро отправляла детей к нам, а сама (бывало, что через окно) убегала к кому-нибудь из подруг. Но случалось, что убежать не успевала. И тогда, сидя в нашей квартире, мы невольно слышали стук, грохот мебели и крики тети Лены. Однажды случилось так, что Пашка ее, как судачили соседки, «застукал» с кем-то, а может, просто услышал сплетни.

Грохот и крики были особенно страшными. Оля плакала, она понимала, что за стенкой кричит ее мама. Бабушка попросила из окна соседского подростка добежать до участкового. Участковый на такие разборки особо не торопился, и от смерти тетю Лену в тот раз спас мой дед Михаил, который вернулся с работы раньше. Дед мой, мужик двухметрового роста, выбил плечом входную дверь, сгреб обезумевшего Пашку-коногона в охапку, вырвав из его руки кочергу, выволок во двор и врезал так, что тот улетел через забор в огород.

Пришел участковый, зашел в квартиру, вышел и кому-то из ребятишек велел добежать до больницы, вызвать машину. Тетю Лену вынесли на носилках, прикрыв фланелевым одеялком. Лицо было покрыто растрепанными волосами, на которых запеклась кровь, одеялко в нескольких местах пропиталось кровью. А там, где были бедра, расползалось огромное кровавое пятно. Вот такой был «ВЫВОД» у вполне современной интеллигентной женщины уже в шестидесятые годы прошлого века.

Позже санитарка из больницы рассказывала, что тетю Лену еле спасли.

«Кто первым бросит камень»

Пашку-коногона тогда осудили… на пятнадцать суток, да и то по настоянию врачей, которые составили подробную бумагу в прокуратуру. Тетя Лена долго лежала в больнице. Мы вместе с бабушкой, Олей и Сашей (они жили у нас) ходили навещать ее в больницу, приносили ей яблоки и конфеты. Одна рука ее была загипсована, на лбу был розовый шрам. Только через полгода она вышла из больницы, вернулась домой, продолжала работать.

Больше всего, кроме кровавых подробностей той истории, обсуждавшихся на каждом углу, меня тогда поразило так называемое «общественное мнение». С одной стороны, Лену уважали и жалели, с другой — считали, что мужика нельзя «доводить до крайности».

Я рассказала все это своей маме, когда они вместе с отцом приезжали к нам с бабушкой в гости (они тогда жили на севере). И даже моя мама, человек с высшим образованием, которую мой папа никогда пальцем не тронул, в ответ заявила: мол, раз вышла замуж, надо исполнять супружеский долг. Что такое «супружеский долг», она не пояснила, но дала понять, что это нечто важное, чего тетя Лена не хотела делать.

Как тетя Лена смогла вернуться в эту квартиру и продолжать жить под одной крышей с ее почти убийцей? Мы с бабушкой боялись за нее и все время прислушивались к соседской квартире.

— А куда ей идти, да еще с двумя ребятишками? — объясняла бабушка соседкам во дворе, — родни-то нет. А Пашка, какой-никакой, а все же отец своим детям.

— Может, и отец… — глубокомысленно отвечали соседки, — только дети-то на него совсем не похожи, все в Лену.

— Слава Богу, а то были бы такие же страшные, — говорила бабушка.

Года через два судьба по-своему распорядилась пашкиной жизнью. Пьяным в шахте он оступился и упал позади телеги, падая, натянул поводья, и его же лошадь, попятившись, толкнула телегу, и телегой его придавило.

Хоронила Пашку Елена по-людски, с поминками, как полагается. А те же соседки и коллеги по работе, которые в свое время осуждали ее за холодность к мужу и особенно негодовали за «отдельную комнату», да еще запирающуюся на засов, теперь сочувствовали и в один голос говорили: «Теперь хоть поживет по-человечески, а то намучилась…».

Юлия Струкова

Читайте также на сайте:

  1. Старшая сестра
  2. Ушел и не вернулся
  3. Пустите Любку в Европу
  4. «Какая же я была дура!»
  5. «Напишите про меня красиво!»
  6. Васисуалий, ты бессмертен!
  7. Про котиков и не только…
  8. Кеша-коногон
  9. Время собирать камни
  10. Высокий статус деда моего

Опубликуйте свой комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован. Обязательные поля отмечены звездочкой *

Яндекс.Метрика

Контакты

Email: red@tomskw.ru

Телефон: +7 (3822) 78-42-93

Отдел рекламы

Email: rec@tomskw.ru

Телефон: +7 (3822) 78-42-91